Печать
Категория: Философская школа, 2019, №9
Просмотров: 379

Аннотация. Данная статья является переосмыслением неумолимого вывода В.П. Эфроимсона «гениями рождаются», исследующего сущность и природу гениальности, и современных исследований Е.Д. Свердлова в области стохастики, а также обращением к философско-эстетическому материалу о природе творческого процесса, обусловленного гениальностью и талантом. В поле зрения автора статьи биогенетический, онтологический, психологический, философско-антропологический, социокультурный  подходы к пониманию природы гениальности. В статье приводятся примеры из области музыкального искусства, рассматриваются следующие моменты: природа гения и понятия творчества, гения и гениальности, различия гения и таланта, основные качества гениальности, среди которых целеполагание и трудоспособность в стремлении к абсолютному совершенству,  воспитание, условия развития и ценностная этическая ориентация, наследственные факторы, социокультурная среда, сила стохастики. Целью статьи является утверждение божественно природной первопричинности появления  гения, не лишённой таинства – еще раз о том, что «гениями рождаются».

Ключевые слова: гений, гениальность, генетика гениальности, гениями рождаются, творчество, философская антропология, философия искусства, этический компонент гениальности, В.П. Эфроимсон, музыкальное искусство.

Природа и творчество

В названии статьи выделено,  прежде всего, слово «природа», затем слово «творчество». Это значит, что первородна генетика гениальности, а если хотите, то понимайте и как божественная природа, божественный дар способности творить.  Но я хотела сразу подчеркнуть тезис, который означает, что и с  философской  и с научной  точек зрения –  гениями рождаются, вопреки известному выражению «гениями не рождаются», которое до сих пор нередко встречается. В основе слова гений лежит корень «ген», указывающий на биогенетическую природу, во многом, но не во всем, на наследственность, на тайну  рождения гения и известные условия раскрытия гения.

В журнале РАН 2009 года есть статья академика Евгения Давидовича Свердлова о загадках появления гениев, где он подчеркивает важность открытия выдающегося советского генетика Владимира Павловича Эфроимсона и вместе с тем  заключает, что ответа на вопросы механизмов связи генома и гения мы, пожалуй, никогда не найдем [11, с.131]. Поэтому я опираюсь больше на научные достижения о гениальности, чем на рассказы и истории появления гениев, в частности, музыкальных гениев, поскольку, являясь автором книги «Ценность музыки: философский аспект», меня интересует область музыкального творчества и философия музыки. 

Вначале мне бы хотелось высказать главную мысль современности о том, что мы живём в мире, где царствует борьба Хаоса и Гармонии, и в данный момент всемирной истории человечество переживает острое ощущение действия Хаоса, случайности, стохастики. Ее роль сильна, что ранее наукой недооценивалось. Стохастика, случайность проявляет себя в генетике, и поэтому ответа на то, как появляется на свет гений, у науки нет, и, пожалуй, не будет – так заявляет современная молекулярная генетика. Гениальность появляется на свет случайно.

В.П. Эфроимсон искал научные обоснования наследственных и социальных закономерностей в появлении гениев и выдвинул гипотезу нерасторжимой связи генетики и гениальности, которую проверял, изучая биографии и патографии гениев разных эпох и разных областей знания и искусства, в том числе и музыкальных гениев. Он пришел к следующему выводу:

  1. Гениями рождаются [15, с.21].
  2. Гений указывает на существование гигантских потенциальных возможностей «нормального» человеческого мозга. Гений – это не отклонение от нормы в психике, а сверхвысокая творческая активность, заложенная природой, генетикой [15,с.23].
  3. В понимании гения следует выделить три главных понятия: потенциальный гений (дар природы – биогенетический фактор); развившийся гений (детско-подростковый период – биосоциальный фактор); реализовавшийся гений (важен общественный спрос на гения –   социобиологический фактор) [15, с.31].

   Путь от рождения гения до признания его гениальных дел сложный, где гению приходится пройти две пропасти, как пишет Эфроимсон, лежащие  между тремя фазами. Как тут не вспомнить действие стохастики в музыкальном творчестве:  немецкий композитор ХХ века К. Орф музыкально восклицает «О, Фортуна» в кантате «Кармина бурана». Фортуна –  судьба. Фортуну отличали от фатума (роковая сила). Философы эпохи Возрождения, рассуждая о свободе воли человеческой, особенно разрабатывали тему фатума, фортуны и случая, например, так называется трактат Салютати. Н. Макиавелли писал, что «фортуна распоряжается лишь половиной всех наших дел, а другую половину, или около того,  предоставляет самим людям» [13, с.596].

 

Что такое гений?

 

Гений и гениальность привлекают внимание философов и ученых, поскольку, по словам В.С. Степина, «человек является продуктом космической эволюции, он включен в природу… и его жизнедеятельность предполагает непрекращающееся взаимодействие с окружающей природной средой» [14 ,с. 19], он призван преображать мир своего существования в творческом процессе. Гениальность и творение являются неотделимыми понятиями, гения без творения быть не может. Творчество понимается в современной философии, согласно исследованию В.И. Самохваловой, как «антропокосмический феномен», космическое событие, как космический принцип, божественный дар и родовая идентичность человека [10]. Творчество  – самое необходимое условие существования человечества.

Слово творчество долго не применялось к человеку. В средние века говорили, что  Бог – креаре (creare), т.е. творец, из ничего создавший мир; а человек – факире (facere), т.е. только делает, но не создает свой мир из «ничего», «не творит из ничего» (ex nihilo) . В эпоху Возрождения стали говорить: «человек творец самого себя». Итальянский мыслитель Пико делла Мирандола осмелился написать, что Бог недосотворил человека и, поставив его в центр мира,  сказал: «Я не сделал тебя ни небесным, ни земным, ни смертным, ни бессмертным, чтобы ты сам, свободный и славный мастер, сформировал себя в образе, который ты сам предпочтешь» [3, с.507]. Он имел в виду нравственное совершенствование человека, действия которого должны быть достойными человеческого разума и доброго нрава, чтобы не быть похожими на животных. И Дж. Манетти в трактате «О достоинстве и превосходстве человека» подчеркивает человеческое достоинство в его могуществе руководить и управлять миром с помощью познания и достойных действий, которые, конечно, предполагают творческую силу.  В эпоху промышленной революции XIXвека человек мыслился творцом культуры,  а теперь смело говорят: человек – творец, не в смысле создателя мироздания, а в смысле человеческой причастности к великому творческому процессу, родовой идентичности, присущей человеческой сущности творить, изобретать.

Творчество отличается новизной и оригинальностью выражения, творчество – это новизна, но не всякая, а принципиально высокая степень новизны, которая зависит от гениальности, или от таланта.

Приведём несколько определений понятия гения и гениальности: Гениальность – наивысшая степень проявления творческих сил человека. Связана с созданием качественно новых, уникальных творений, открытием ранее неизведанных путей творчества». (Большая советская энциклопедия). Взгляды на природу гениальности исторически связывались с творческим процессом, как указывается далее. С античности укрепилось представление о иррациональном истоке гениальности, с Возрождения в гениальности подчеркивается творческая индивидуальность, далее развитие получают идеи психологического и социологического характера [12, с. 287].

Эфроимсон приводит определение гения по Оксфордскому словарю. Гений – это «природная интеллектуальная сила необычайно высокого типа, исключительная способность к творчеству, требующему выражения, оригинального мышления, изобретения или открытия» [15,с.22].

 В философских трудах И. Канта, рассматривающего проблему эстетического, мы находим осмысление феномена гениальности и определение понятия гения, где гений, он же талант – это дар природы, «это врождённая способность души (ingenium), посредством которой природа даёт искусству правила». Кант выделяет гения в искусстве: подобно Моцарту гений неповторим, в то время как в науке не тот, так другой может сделать подобное открытие [4, с.181]. Кант определяет следующие признаки гения:

– природный дар,

– новизна и оригинальность,

– творчество гения является образцом, примером для других

– гений сам не может описать, как он создает свое произведение.   Поэтому «слово гений есть производное от genius, своеобразного, данного человеку при рождении, охраняющего его и руководящего им духа, который и внушает ему эти оригинальные идеи». [4, с.182].

Немецкий философ ХХ века Теодор Адорно: Под термином «гениальный»  понимает «момент отчуждения от индивидуального Я под давлением обстоятельств дела..» [1,с.247].  «Гениальное, – согласно Адорно, – представляет собой некий диалектический узел – в нём переплетены всё, чуждое шаблону, не повторяющее пройденного, свободное, но в то же время несущее в себе чувство необходимости, парадоксальный фокус…, ибо плод свободной фантазии и необходимое никогда, в сущности, не сплавляются воедино» [1,с.250].

 

Гений  отличают от  таланта

 

Эстетик Е.Г. Яковлев пишет, что «гениальность имеет качественное отличие от таланта, для которого характерно наличие природных предпосылок» [16, с.244],   реализуемых в творчестве.  Оригинальные художественные произведения гения выражают задачи времени. Гений к тому же обладает даром глубочайшего проникновения в глобальные проблемы бытия, проблемы человеческой жизни, способностью узреть новое, зарождающееся в духовной жизни, культуре. Если «талант есть неповторимая индивидуальность», то «гений есть выдающаяся личность», исключительная, отличающаяся высокой убеждённостью  в правоте своего дела  [16, с.245]. Здесь же Яковлев соглашается с Пушкиным  в том, что гений не может быть злодеем, однако, как увидим далее, это противоречит исследованиям Эфроимсона.

Благодаря творческой деятельности гениев в области искусства в эпоху романтизма XIXвека  отмечалась особая роль искусства в истории человечества.  Так,  Ф. Шлегель писал, что искусство движется в рамках человеческой истории не поверхностно, как бы отражая действительность, а выполняет величайшую миссию, гений своим искусством участвует во вселенском процессе творения и творит человеческую историю. Эта мысль Шлегеля предшествует философии искусства Гегеля, для которого цель  искусства заключена в самом искусстве как выражении абсолютной идеи, высшего разума. Гений словно  с высоты видит весь мир человеческих способностей и характеров «подобно элементам горельефа, залитого светом дня, в то время как у обычных  людей эти элементы нечётки и являются лишь бледным подобием духовного мира гениев» [2, с. 404].  

В.П. Эфроимсон, изучая генетику гениальности, обнаружил, что человек исполняет  космический долг (а мы напомним, что человек есть продукт космической эволюции, как обозначили в начале статьи). У человека, согласно Эфроимсону, существуют две наивысшие взаимодополняющие части космического долга. Это долг по отношению к себе как реализация своих способностей и возможностей и долг по отношению к другим, исполнение которого осуществляется на благо человечества, всего человеческого вида в целом. Исходя из представления о долге, Эфроимсон чётко различает понятия «гений» и «талант» формулой:  «Гений делает то, что должен, талант – то, что может» [15, с 23].   Иначе говоря, гений не подвластен себе, он следует своей детерминированной сущности долга, ответственности перед высшей силой (своей предзаданности) творить. Он не может жить иначе. Он, гений, творец,  по словам великого Леонардо,  – счастливый смертный бог. Почему счастливый? Потому что живёт творчеством адекватно своей сущности, идеально воплощает свои идеи, он знает своё предназначение, в чём смысл его жизни. Ему есть, что сказать миру, человечеству, Богу. Ему удаётся создать то, что  сравнимо с божественным творением, вызывает изумление от прекрасно сотворённых произведений. Гений творит на века. Интуитивное знание своего предназначения, осознанная необходимость следовать руководящей силой гениальности, удивительное сочетание свободы выбора и несвободы в силу своей предназначенности создают счастливую безысходность  в подчинении своему творчеству. Это  двигало Моцарта, проигрывающего Реквием накануне смерти, Бетховена, написавшего большую часть творений, будучи глухим.

 

Целеполагание и трудоспособность в стремлении

к абсолютному совершенству

 

Эфроимсон, исследуя биосоциальные механизмы и факторы наивысшей интеллектуальной активности,  стремился  обнаружить механизмы стимуляции интеллекта как источника сверхнормальной мощи у подлинных гениев истории, науки и искусства, в том числе Моцарта, Бетховена, Шуберта, чьи титанические усилия привели к выдающимся достижениям. Таким источником нормальной и вместе с тем повышенной активности является целеполагание, стремление к цели, реализовать в полной мере творческую идею. Гений обладает сверхсильной мотивацией и необычайной работоспособностью. Самоизживание и самоотречение ради цели творения – вот истинное бытие гения. Высшее качество гениальности есть целеполагание и волеустремлённость, необыкновенная  «способность  к неимоверному труду, абсолютная одержимость и стремление к абсолютному совершенству» [15, с. 25]. Эфроимсон пишет, что исследование жизни Моцарта показало, насколько он был одержим творчеством, творил непрерывно, несмотря на внешние жизненные обстоятельства.  «Если бы у Моцарта, Бетховена, Шопена не было одержимости, фантастической целеустремлённости, – пишет Эфроимсон, –  то они, при всех своих способностях, будучи «вундеркиндами», ими бы и остались»  [15, с. 23]. «Бетховен чувствовал себя беспредельно могучим, даже умирая. Гёте был продуктивен и в повседневных беседах. Бах оставил руды, которые уже по своему объёму представляются непостижимыми» [15, с.22].

Музыкальный гений как правило рождался в музыкальной семье, он с детства считал музыку «душой своей», самым важным делом на свете, смыслом своей жизни. Музыкальная наследственность выражается в таких талантливых качествах как абсолютный слух, поразительная музыкальная память, страстная любовь к музыке – все это необходимые, отмечает генетик, но недостаточные условия. Нужна сверхсильная мотивация, увлечённость, стремление к творению, но не просто стремление, а самоизживание себя в творческом процессе. Бетховен написал в своём завещании, что он не может уйти из жизни, не свершив всего, к чему предназначен. И все они действовали, сознавая что-то вроде внутреннего призыва, отлитого великим Гёте в одну фразу: «И если в тебе нет этого – умри, но стань! – то ты лишь скорбный гость на мрачной земле» [19 с. 23].

 

Воспитание, условия развития и ценностная этическая ориентация

 

Гения характеризует сочетание сверхвысокой восприимчивости  ко всему, что его окружает.  Эта сверхсильная восприимчивость предполагает развитие силы воображения, развитие богатой фантазии. Гениями рождаются, при этом важны условия воспитания и образования, становление ценностных ориентаций, культурные стимуляции дарования.

Кант, осмысляя эстетику как науку, открытую А.Г. Баумгартеном, размышлял о прекрасном, которое для него было не просто чувственное познание и способность мыслить образами, а способность судить о прекрасном, т.е. выделял интеллектуальную сторону эстетического. Он  задавался вопросом: чем прекрасен огонь в камине? И отвечал,  утверждая, что вовсе не только чувственным восприятием того, что радуют органы чувств, что огонь в камине прекрасен тем, что будит моё воображение, а значит, ведёт через желание претворить  фантазии к творчеству. Таким образом, в эстетическом суждении вкуса кроется могучая творческая сила.

Важны условия воспитания и образования, актуализация творческих способностей в детском возрасте. Так, к примеру, чувствительная сверхвосприимчивость Шопена ко всему с младенческих лет, чуткость к музыкальным звукам благоприятно совпала с обстановкой в доме, со вниманием и заботой матери, которая была хорошей пианисткой, а он не мог слушать её игру без слёз.

В детско-подростковом возрасте важно, чтобы у гениев и талантов не была упущена стадия формирования наряду с увлечённостью  этическая, нравственная ориентация. При  формировании культуры одарённого ребенка нельзя упустить «воспитание моральным чувством, любовью, альтруистическим порывом. Важны нравственные качества: становление совести, человечности, без которых талантливый и даже гениальный человек может стать и преступником, и эксплуататором чужих дарований, и душителем чужого таланта…» [15, с.68].

Ценностные установки в детские годы формируют этическую составляющую личности, но не являются правилом, гений и злодейство, к сожалению, могут уживаться в человеке, вопреки  известному высказыванию Пушкина в трагедии «Моцарт и Сальери», что гений и злодейство несовместимы. Эфроимсон пишет: «Старый вопрос о совместимости «гения и злодейства»  давным-давно историей был решён положительно, хотя Сальери, конечно же, не отравил Моцарта. За много лет до смерти Моцарт дважды был на краю гибели из-за невыносимой болезни почек, от которой он и умер. …»[15, с.68].

Этика как наука о человеке в ситуациях нравственного выбора, наука, осмысляющая фундаментальные основания человеческого поведения, связанные с долгом, ответственностью, свободой выбора, справедливостью и т.д.,  важна при формировании личности гения. Но добро и зло в жизни и творческая идея в искусстве – разные вещи, этическое и эстетическое расходятся. Если, начиная с  античного мира в течение многих веков полагали, что красота и добро имеют один корень Единого первоначала и являются неразрывными метафизическими сущностями, то  к началу двадцатого века искусство выходит из мира прекрасного, а гений осознается отнюдь не как создатель прекрасных и добрых деяний. В этой связи отметим: «Эстетическое как совершенное, прекрасное, гармоничное, как ценностное отношение к миру в гениальности имеет связь с волевым началом, с волей, с этической компонентой. Этический аспект генетики гениальности, на наш взгляд, проявляется в долженствовании, в проблеме заданной необходимости творить на века, несвободного выбора гения в социокультурных условиях, в ответственной увлечённости, в ценностной ориентации, следовании долгу, воспринимаемому в истоках космического бытия и человека как родового существа, производного космосом»[6, с.14].

 

Наследственные факторы, которые стимулируют умственную активность

 

Согласно представлению Эфроимсона, наследственные факторы, отклонения и болезни стимулируют умственную деятельность. Это некоторые биологические особенности, даже болезни, такие как гиперурикемия (подагра), гипоманиакальная циклотимия, повышенный уровень андрогенов и «гормональные» синдромы,  (мужская половина человечества более продуктивна), высоколобие – эти качества   встречаются у гениев статистически чаще, чем среди обычных людей.

Так, изучив биографии и патографии гениев по их сохранившимся медицинским материалам, ученый приводит большой перечень великих деятелей истории и культуры, обладавших подобными биологически унаследованными факторами. Например:

 

Гениальность – не признак психической патологии

 

Вместе  с тем, ученый отмечает, что нельзя дать медицинскую характеристику депрессии и быстрым сменам настроения,  которым отличался Доницетти, или объяснить переход Россини от фантастической продуктивности к сорокалетней бездеятельности, когда композитор за 13 суток создал знаменитую оперу «Севильский цирюльник» и много опер. 

Роберт Шуман (1810-1856) с 23 лет до 42 испытал 6 приступов депрессии, меланхолии, маниакально-депрессивные кризы, между которыми шла обычная жизнь с повышенным настроением и очень творчески продуктивная. Эфроимсон считает сомнительным произвольное описание состояния мозга Шумана при вскрытии, приложенное к книге Василевского, равно как и другие сообщения о параличах, атрофии мозга.

По словам Эфроимсона, наследственность, биохимические особенности организма влияют на характер личности гения и его поведение, гипоманиакальные отклонения могут быть стимулом, но не определяют саму гениальность. 

В современной психологической литературе до сих пор встречается устойчивое представление о том, что для гения характерно «переживание личностных кризисов как катализаторов развития гениальности» и «психическая патология как фактор формирования особой психической организации» [9, с. 107], Второе противоречит исследованиям и Эфроимсона и современного американского психоаналитика Р. Мэя.  Не «психическая патология», а «психические состояния», которые не являются фактором, а могут выступать стимулом. А по поводу первого тезиса замечу, что переживание личностных кризисов, с точки зрения философской антропологии, является экзистенциальной  особенностью любого нормального человека и вообще существования человека как творческого существа. А также то,  что гении тоже люди, человеки, которые не лишены эмоционально-творческого подъема, но в творческом процессе гения разумно-интеллектуальная сторона мышления в работоспособности перекрывает эмоции, иначе не получится гениального творения. Как говорил, великий Гёте, у гения один процент таланта и девяносто девять процентов пота.

 По поводу патологии Р. Мэй пишет, что творчество великих личностей нельзя сводить к психической патологии и  критикует распространённую точку зрения, что творчество – это невротическое состояние. Он пишет, что «распространённые психоаналитические теории творчества имеют две характерные черты. Во-первых, они редуктивны…. Во-вторых, они огульно рассматривают творчество как выражение невротических паттернов» [7, с.39]. Творчество гения отнюдь не продукт невроза. Конечно, в искусстве встречаются гении с психическими нарушениями, к примеру, Ван Гог впал в психоз, кто-то был алкоголиком и др. «Однако это вовсе не означает, что творчество – это продукт невроза»[там же, с. 40]. Процесс творчества необходимо рассматривать также не как результат болезни, или «перенос чувств или влечений, как утверждает теория сублимации» [там же], а как признак полного эмоционального здоровья, как проявление самореализации нормальных людей. Гении – тоже люди, они, как и другие, могут болеть, болезнь может быть стимулом творчества, но не причиной. С другой стороны, среди не гениальных людей достаточно невротиков.

Своим трудом Эфроимсон хотел доказать «существование гигантских резервных возможностей, гигантских потенций «нормального» человеческого мозга» [15, с. 24], с тем, чтобы осуществлять развитие, волевую стимуляцию человеческих возможностей во благо.

 

Социокультурные условия и третий фактор – стохастика

 

Для развившегося и реализовавшегося гения необходимы социальные условия, как писал Эфроимсон и современные исследования. Современная наука утверждает мысль о том, что гениальность и талант могут быть реализованы только в благоприятных социокультурных  условиях для раскрытия творческих возможностей. Могут быть, но необязательно это произойдет.

Эфроимсоном замечено, что гении и таланты появляются «вспышками», группами в наиболее благоприятные социокультурные периоды, способствующие развитию и реализации природных возможностей. «Вспышки» проявленной гениальности обусловлены стимулирующей средой.  О гениальности много писали в философии, особенно в XVIII, XIX веках. В  XIX веке в появлении гениальности считали решающим фактором наследственность и воспитание.  В XX веке выделяли условия воспитания и влияние социума, окружающей среды. Современная наука XXI века уточняет, что гипотеза Эфроимсона интересна и во многом верна, но мир устроен ещё сложнее, чем детерминирующий взгляд на него. Выдвигается значительная роль третьего фактора  – стохастики, случайности.

    Сегодня, согласно статье Е.Д. Свердлова, мы не можем ни предсказать, ни запрограммировать гения с помощью биомедицинских технологий, и уж, конечно, не можем вырастить в благоприятных социокультурных условиях. Приводится ироническая история того, как в Америке пробовали воспроизвести гениев искусственно из спермы нобелевских лауреатов, от трех  доноров родилось 215 потомков, но ни один из них не был одарённым.        Гениальный индивидуум – это редкий, счастливый случай.

Стохастическое влияние в проявлении гениальности становится главным фактором, поскольку остается проблемой: во-первых,  генетическая предрасположенность, а именно,  как она передается, когда в момент зачатия происходит миллиард вариантов и что  зафиксируется в эмбрионе – неизвестно; во-вторых,  реализации гения не всегда способствует социокультурная среда.

  Стохастика играет большую роль в эмбриональном развитии, некодируемый геном имеет индивидуальную вариабельность (значит, точного кода нет или он для нас остается тайной). Есть индивидуальные ненаследуемые качества, поэтому клоны, клонирование не представляется возможным (пока их нет).         

   Есть еще один момент, который заключается в непредсказуемости стохастики, когда  наследственные факторы  оборачиваются «злой» шуткой. Встречаются дети и взрослые люди необычайно одарённые, но не ставшие гениями и вовсе не по причине воспитательных и социокультурных условий. Свердлов приводит пример некоего ребенка в США, обладавшего невероятным природным даром: в два года пользовался сознательно компьютером, в пять лет освоил шахматы, в дошкольный период изучал алгебру, но ничего нового, творческого, гениального в будущем не изобрел.

Знать, уметь и творить – вещи разные. Таких природно одаренных людей, но не ставших гениями называют аутисты. Один аутист мог наизусть воспроизвести 9-томный музыкальный словарь. Другой, слепой музыкант-аутист после одноразового прослушивания большого музыкального произведения мог сразу воспроизвести его по памяти на пианино абсолютно точно. Однако это не гении, так как атрибут гения есть творчество, непревзойдённая новизна на века. В этом смысле данные IQ тоже не имеют отношения к творчеству. Современная наука утверждает, что в порождении новых идей работают разные типы мышления, а не простое воспроизводство, память, интеллект, аналитика – всё это недостаточно для гения, творящего новые гениальные идеи и произведения. Таковы выводы современной генетической науки, которая все же расходится с психологическими наблюдениями и переосмысляет генетику гениальности Эфроимсона.

Резюме. Гениальность – это природа и творчество уникального, неповторимого космического, либо божественного дарования, непостижимого нашему разуму, гениями рождаются. Пожалуй, в открытии сущности гения человечество не очень-то продвинулось, если ещё в античности было подмечено, что в процессе творчества поэт находится в состоянии mania, одержимости, им движет высшая сила: «Поэт – это существо легкое, крылатое и священное; и он может творить лишь тогда, когда сделается вдохновенным и исступлённым и не будет в нём более рассудка…. Ведь не от умения они (поэты) это говорят, а благодаря божественной силе» [8, с. 138], и назначение гения «быть истолкователями и посредниками между людьми и богами…» [8, с. 132].  Смысл такого высказывания  в том, что гениями движет тайная сила. Художник в широком смысле слова (поэт, музыкант) наделён даром озарения, вдохновения родить на свет свое детище – произведение искусства [5, с. 203]. Гениальное творчество присуще не только искусству, но и науке, гений в любом виде творения одержим творческим порывом, что не представляется возможным предугадать. Появление гения и созидание гениальных творений не контролируемо, но что мы знаем – это то, что гениями рождаются.

 

Список литературы

 

  1. Адорно В. Теодор. Эстетическая теория / Пер. с нем. А.В. Дранова. – М.: Республика, 2001. – (Философия искусства). – 527 с.
  2. Гилберт К.Э., Кун Г. История эстетики. Москва, «Прогресс», 2000. – 316с.
  3. История эстетики. Памятники мировой эстетической мысли. Т.1. М., 1962. – 682с.
  4. Кант И. Критика способности суждения. М.: Искусство, 1994. – 367с.
  5. Коломиец Г.Г. Философия искусства: о творчестве, творческом процессе и вдохновении. / Вестник» Оренбургского государственного университета, № 7 (143) /июль 2012. – С.194-203.
  6. Коломиец Г.Г. Эстетический аспект генетики гениальности/ Вестник Оренбургского государственного университета. – № 7 (182)  июль 2015. – С.4-14.См также: Коломиец Г.Г. Гениальность как проблема соотношения природного и социального/Проблема соотношения естественного и социально­го в обществе и человеке: материалы IX Всеросс. между­нар. науч. конф. / Забайкал. гос. ун-т ; [под общ.ред. Н. Д. Субботиной]. – Чита: Заб ГУ, 2018. – С. 246-257.
  7. Мэй Р. Мужество творить. М.: Институт общегуманитарных исследований, 2008. – 160с.
  8. Платон. Соч. в 3-х т. Т.1. М. Мысль, 1968. – С. 138-139; Т.2, 1970.– С.132.
  9. Психологический журнал. Том 33 №2 С.107-108./ В.А. Кольцова, Е.Н. Холондович «Характеристика и психологическая структура феномена гениальности».
  10. Самохвалова В.И. Творчество: божественный дар; космический принцип; родовая идентичность человека: Научное издание. – М.: РУДН, 2007. – 538с.
  11. Свердлов Е.Д. Гениальность: Гены? Культура? Стохастика?//Вестник Российской академии наук, 2009, том 79, № 2. – С.131-149.
  12. Советский энциклопедический словарь. Москва «Советская энциклопедия», 1985. – 1600с.
  13. Соколов В.В. Историческое введение в философию: история философии по эпохам и проблемам. М.: Академический проект, 2004. – 912 с
  14. Степин В.С. Цивилизация и культура. – СПб. : С-Пб ГУП, 2011. – 408с.
  15. Эфроимсон В.П. Генетика гениальности. Изд.3-е. М.: Тайдекс Ко, 2004. –376с.
  16. Яковлев. Эстетика. М.: Гардарики, 2002. – 464с.

Источник: Коломиец Г. Г. Гениальность: природа и творчество или ещё раз о том, что гениями рождаются  //  Философская школа. – № 9. – 2019.  – С. 22–29. DOI.: 10.24411/2541-7673-2019-10926